Так не доставайся ты… АвтопромOpelGeneral Motors

С сожалением приходится констатировать, что мы с вами - простые россияне - не станем даже формальными совладельцами марки Opel. В ночь на среду совет директоров концерна General Motors принял решение не продавать немецкую компанию канадско-российскому консорциуму Magna-Сбербанк, а оставить ее себе.

Официальная причина этого решения, озвученная президентом и исполнительным директором GM Фрицем Хендерсоном, - улучшение экономической ситуации в Европе и та "важная роль", которую Opel играет в глобальной стратегии американского концерна. "Мы понимаем, сколько сил и времени потратили все стороны, вовлеченные в этот процесс (процесс продажи "Опеля", - примечание Ленты.Ру). Однако своей главной задачей мы считали поиск наилучшего варианта для клиентов, сотрудников, поставщиков компании Opel и ее дилеров", - заявил Хендерсон на пресс-конференции по итогам заседания совета директоров концерна.

И лучшим для всех вариантом в GM, похоже, посчитали "оставить все как есть".

Хронология

Opel и Россия В ходе переговоров о продаже Opel Сбербанку и Magna российские чиновники не раз заявляли о том, что в случае положительного исхода выпуск "Опелей" непременно будет налажен в России. "Группа ГАЗ", например, готова была использовать под этот проект простаивающий конвейер модели Volga Siber. Позднее Magna и Сбербанк пообещали вложить в производство автомобилей Opel и производство автокомпонентов в России более 600 миллионов евро – для этого планировалось задействовать либо нижегородскую площадку все той же "Группы ГАЗ", либо завод GM под Санкт-Петербургом. Последняя идея, озвученная уже в зарубежной прессе, касалась возможности переноса в Россию производства с бельгийского завода Opel – например, на "АвтоВАЗ".

На самом деле, GM никогда по-настоящему не хотел продавать марку Opel, которой он владел с 1929 года. Весь этот сыр-бор вокруг немецкой компании является лишь следствием сложной финансовой ситуации, в которой General Motors оказался в конце 2008 года из-за мирового кризиса.

Когда у GM кончились все деньги, включая те, которые он получил от правительства США, а сам концерн оказался на грани банкротства, у его руководства не осталось вариантов, кроме как распродать свои зарубежные активы или переложить ответственность за их дальнейшую судьбу на правительства тех стран, в которых они располагались. В результате, именно Opel в ноябре прошлого года был вынужден первым из европейских автопроизводителей обратиться за помощью к государству. Позже представители компании озвучили и сумму, требующуюся на преодоление кризиса - 3,3 миллиарда евро.

Понятно, что в такой ситуации правительство Германии не могло остаться в стороне - власти пообещали предоставить "Опелю" временный займ на 1,4 миллиарда евро, а также предложили вывести Opel из состава GM и продать его новому владельцу, тщательно проконтролировав при этом весь процесс смены собственника. Первые претенденты появились в марте, когда немецкую марку решили выкупить ее дилеры за 400 миллионов евро, а к апрелю число потенциальных покупателей достигло семи.

Однако после того, как немецкие власти опубликовали список из 14 требований к новому владельцу "Опеля", большинство из них отсеялись сами, а к середине мая претендентов на Opel осталось, фактически, всего трое. Это концерн Fiat, который планировал сделать немецкую марку частью глобального автомобильного альянса, в который вошли бы автомобильные активы Fiat и группы Chrysler, канадско-российский консорциум Сбербанк-Magna и бельгийская инвестиционная компания RHJ. Были еще предложения от китайских компаний, однако их условия не удовлетворили ни GM, ни правительство Германии.

Предложение Fiat немецким властям в итоге тоже не понравилось: глава итальянского концерна Серджио Маркионне предложил слишком жесткие меры по реструктуризации бизнеса Opel. Он собирался уволить более 10 тысяч сотрудников Opel в Германии, тогда как Magna наоборот, обещала сохранить максимальную занятость. В результате, 30 мая министр финансов Германии Пир Штайнбрюк заявил, что марка Opel будет продана канадско-австрийской компании Magna International, выступающей совместно со Сбербанком.

Стороны решили создать орган внешнего управления для защиты Opel в случае банкротства GM - специальный траст, в собственность которого перешли 65 процентов акций Opel, - а также договорились о распределении долей: "Магне" должен был достаться 20-процентный пакет, Сбербанку и GM - по 35 процентов акций, а остальные 10 процентов планировалось передать профсоюзу Opel. На следующий день GM подал заявление о банкротстве.

Позднее выяснилось, что условия сделки, предложенные "Магной" и Сбербанком, оказались ничуть не лучше, чем у конкурентов. Правительству Германии, к примеру, не нравилось, что канадско-российский консорциум планирует провести масштабные увольнения (более 11 тысяч человек), несмотря на обещания минимизировать сокращения персонала, а GM не устроила сумма, предложенная за 55-процентный пакет акций Opel - из 500 миллионов евро, выделенных на эту сделку, непосредственно на выкуп акций Magna и Сбербанк планировали потратить всего пятую часть. Остальные средства партнеры планировали вложить в различные сферы производства.

В середине июня немецкие власти, с целью оказать давление на консорциум в вопросе занятости, возобновили переговоры с другими претендентами на Opel, а "источники в GM" стали активно забрасывать СМИ информацией о том, что предложение бельгийских инвесторов из RHJ им кажется более выгодным - они предлагают больше денег и требуют меньшей помощи со стороны правительства Германии (3,8 миллиарда евро против 4,5 у Magna). Кроме того, бельгийская фирма не претендовала на интеллектуальную собственность Opel, права на которую GM хотел оставить себе, а также была готова продать обратно свою долю в "Опеле" - после того, как американский концерн оправился бы от кризиса.

В ответ на эти заявления Magna и Сбербанк были вынуждены пойти навстречу требованиям GM - они отказались от прав на уже существующие разработки Opel, увеличили до 500 миллионов евро сумму, выделяемую на финансирование сделки, а также согласились разделить 55-процентов акций поровну, оставив тем самым контрольный пакет в собственности у GM.

Однако руководство General Motors по-прежнему сомневалось в выборе покупателя, и к сделке подключилась "тяжелая" артиллерия - в поддержку предложения Magna выступили президент России Дмитрий Медведев и канцлер Германии Ангела Меркель, а немецкое правительство пообещало предоставить 4,5-миллиардный займ на спасение Opel только в том случае, если компания будет продана "Магне" и Сбербанку.

Против такого натиска руководство GM устоять не смогло - 10 сентября совет директоров GM выбрал "Магну". До завершения сделки оставалось совсем немного: необходимо было получить гарантии правительства Германии на 4,5-миллиардный кредит, согласие на продажу компании от профсоюзов, а также одобрение сделки от Еврокомиссии.

С первым пунктом стороны разобрались быстро - Magna и Сбербанк пообещали уволить 10,5 тысячи человек, причем в Германии под сокращения попали бы всего 4000 сотрудников "Опеля". Решить проблему с профсоюзами было сложнее - им не понравилась перспектива закрытия нескольких заводов Opel, и они до последнего отказывались подписывать соглашение о согласии на продажу компании.

Еврокомиссия, в свою очередь, заинтересовалась протекцией со стороны правительства Германии, обвинив его в давлении на GM в пользу Magna и Сбербанка. В результате, подписание итогового договора о продаже Opel было перенесено сначала на конец октября, а затем на 4 ноября. Чем закончилось последнее заседание совета директоров GM, мы уже знаем.

Главное звено

Решение руководства GM не продавать Opel вполне логично. Во-первых, сейчас концерн находится на подъеме, и у него достаточно свободных средств на то, чтобы спасти "Опель" за свой счет: из 50 миллиардов долларов, выделенных GM американским правительством, пока истрачено меньше половины.

Во-вторых, Opel для GM - это действительно важное звено в технологической цепочке. Разработанные в Германии платформы сейчас активно используются на машинах американского концерна, продаваемых по всему миру, включая США и Китай.

Наконец, Opel - это единственный плацдарм для General Motors в Европе, терять который на фоне быстрого восстановления европейского автомобильного рынка попросту невыгодно.

Зато для тех, кто на протяжении последних шести месяцев участвовал в гонке за "Опелем", такое решение безусловно оказалось полной неожиданностью. Канцлер Германии Ангела Меркель уже назвала поступок GM "поражением" для немецкого правительства, а пресс-секретарь Владимира Путина Дмитрий Песков заявил, что Сбербанк и Magna проведут расследование законности отказа GM от продажи Opel. "GM передала управление своим европейским дивизионом в траст, который фактически сделку одобрил. И, по сути, дальнейшие шаги находятся в компетенции траста", - отметил он.

Свое недовольство выразили также профсоюзные лидеры Opel, которые пообещали устроить забастовку против решения GM уже 5 ноября.

Единственными, кто поддержал руководство американского концерна, стал британский профсоюз компании, министр бизнеса и предпринимательства Великобритании Питер Мандельсон, который выразил надежду на то, что подобный шаг пойдет на пользу местным заводам Vauxhall, и российский вице-премьер Александр Жуков, заявивший, что России хватает проблем и с собственным автопромом. И, может быть, он прав?