Lenta.ru
Подъем с переворотом
Чем запомнится 2009-й автоспортивный год
10.01.2010
Фото Антона Уханова, Audi Motorsport, команды ORECA и организаторов GP2
Мало кто из пилотов сменил так много гоночных серий, как Александр Према. За свою не очень долгую карьеру француз успел выступить в серии «Ле-Ман», GP2, A1 Grand-Prix, DTM и даже протестировать болид Формулы-1. Сейчас Према испытывает первый в истории «формульный» электромобиль, и Алексу есть, с чем его сравнить.
На гоночном шоу Moscow City Racing 29-летний француз продемонстрировал публике возможности уникального электрокара Formulec EF01, удивив зрителей бесшумным пилотажем – в отсутствие двигателя внутреннего сгорания, наиболее громкими звуками «Формулека» были «выстрелы» переключений коробки передач и скрип резины на разгонах и торможениях.
– Алекс, как ведет себя электрический болид на трассе?
– Машина чутко реагирует на руль. У нее прекрасная динамика ускорения благодаря большому крутящему моменту. Иногда проявляется склонность к избыточной поворачиваемости, но все это будет исправлено в будущих моделях.
На Moscow City Racing Александр Према разделил возможность управления автомобилем Formulec EF01 с россиянином Даниилом Мове. Говорить о создании полноценной серии на электроболидах еще рано, ведь ходовой прототип существует в единственном экземпляре, однако в будущем мы вполне можем увидеть соревнования бесшумных машин. Президент Международной автомобильной федерации (FIA) Жан Тодт является последовательным сторонником электрификации автоспорта: недавно француз заявил, что в ближайшие годы FIA учредит новый чемпионат по экологически чистым гонкам.
– Сложнее ли управлять машиной, двигатель которой совершенно бесшумен?
– На самом деле нет. Действительно, здесь я не слышу звука мотора, но когда гонщик находится за рулем прототипа Audi R15 или R18 серии «Ле-Ман», ему тоже ничего не слышно.
– На какой из болидов существующих гоночных серий больше всего похож Formulec?
– В плане скорости электромобиль напоминает болид GP3. Но не забывайте, что это только первый прототип – будущие «Формулеки» будут более агрессивны и быстры. Вторая модификация нашего электромобиля будет готова в течение пяти месяцев, и новый болид будет уже ближе к технике GP2.
– Как ты думаешь, автоспортивный мир когда-нибудь сможет полностью переключиться на электромобили?
– Сейчас невозможно этого предсказать. Я полагаю, ситуация станет понятнее в ближайшие пять лет. Но я уверен, что у электрических технологий большое будущее в автомобильном спорте: Формула-1 использует систему KERS, в «Ле-Мане» и серии GT участвуют гибриды. С каждым годом мы будем видеть все больше комбинированных электрических систем, и это здорово для гонок: автоспорту нужно показать, что он заботится о защите окружающей среды.
Александр Према начинал гоночную карьеру с «формульных» серий: выиграв французское первенство двухлитровой Формулы-Renault и став вице-чемпионом Евросерии Формулы-3, в 2005 году он дебютировал в новообразованной серии GP2. Талант француза позволял ему стабильно набирать очки и время от времени выигрывать гонки, однако невезение с напарниками перечеркнуло «формульные» перспективы гонщика. В 2005 году партнером Према по ART стал Нико Росберг, а в следующем сезоне в команду к французу пришел грозный Льюис Хэмилтон: оба раза напарники Александра становились чемпионами в год своего дебюта, а более скромные успехи Према терялись на их фоне.
– В 2006 году ты был близок к попаданию в Формулу-1, но в итоге остался вне чемпионата. Чья это была вина: команды, спонсоров, менеджмента?
– Мне бы не хотелось обвинять в этом кого бы то ни было. Действительно, я всегда мечтал оказаться в Формуле-1, но обстоятельства сложились не в мою пользу. Для того, чтобы дебютировать в чемпионате мира, нужна комбинация факторов. Скажем, Нельсон Пике-младший в свое время был нужен Формуле-1, так как он был популярен среди болельщиков и был востребован спонсорами. В моем случае ситуация сложилась по-другому, но я все равно не забуду свои тесты в составе Spyker в Сильверстоуне пять лет назад. Быть частью команды Формулы-1 и пилотировать болид – это непередаваемое ощущение.
– Некоторые гонщики остаются на позиции резервистов и тест-пилотов команд Формулы-1, надеясь рано или поздно заполучить место в основном составе. Ты не стал так делать, предпочтя перейти в другие чемпионаты…
– Участвовать в гонках – моя профессия. Я не мог оставаться без работы и ждать у моря погоды: Audi предложила мне контракт, и я согласился.
– И все же, что бы ты выбрал сейчас: «кузова» или «формулы»?
– Трудно сказать. Конечно, болид Формулы-1 не сравнить ни с чем: это лучший автомобиль, которым мне когда-либо доводилось управлять. Но и «туринговые» машины весьма интересны – к примеру, автомобиль DTM изнутри представляет из себя ту же «формулу», но наружный обвес делает его похожим на обычную дорожную машину.
Зайдя в тупик в «формульных» сериях, Према перешел в «кузова»: в 2007 году Александр дебютировал в DTM в команде Audi. В это же самое время немецкое первенство воскресило карьеру многих подающих надежды пилотов, не пробившихся в Формулу-1 – в DTM начался взлет Гэри Пэффетта, Бруно Спенглера и Пола ди Ресты. Увы, Према места в этой компании не нашлось: Audi предоставила Алексу прошлогодний автомобиль, на котором бороться с лидерами было проблематично. После четырех сезонов на вторых ролях Према был уволен – в своем последнем заезде француз вдребезги разбил Audi A4, но сам не пострадал.
Пик «формульной» карьеры Александра Према пришелся на межсезонье 2005-2006. Той зимой автоспортивный мир познакомился с «Кубком наций»: новым чемпионатом, в котором гонщики отстаивали честь своих стран. Дебютный сезон серии A1 Grand-Prix завершился триумфом сборной Франции, победы которой приносили Николя Ляпьерр и Александр Према.
Увы, спустя четыре года чемпионат закрылся, однако в последнее время начались разговоры о возрождении первенства под брендом A10 World Series.
– Алекс, ты знаешь об A10?
– Да, я слышал об этой серии. Пока нельзя сказать, действительно ли мы увидим новый чемпионат, но мне бы очень хотелось повторно принести титул сборной Франции: пять лет назад у нас с Николя получился отличный тандем.
– Устроители чемпионата не выходили с тобой на связь?
– Нет, но как только я увижу реальные шаги, направленные на организацию первенства, я сам обращусь к администрации A10. Мне импонирует идея кубка мира по автоспорту.
– В таком случае, может быть имеет смысл включить автогонки в программу Олимпийских игр?
– Каверзный вопрос. Пожалуй, нет. Автомобильный спорт намного сложнее традиционных видов спорта в плане организации соревнования и объективного выявления сильнейшего. Здесь роль играют не только возможности атлета, но и качество его машины, исправность всех узлов, работа механиков и инженеров. Для Олимпиады все это чересчур сложно.
– Впрочем, как спортсмену мне было бы приятно стать частью Олимпийского движения. В конце прошлого года я принял участие в Нью-Йоркском марафоне – это было очень здорово, я действительно почувствовал себя атлетом.
– У тебя есть персональный тренер?
– Нет, я отказался от этого. Когда я выступал в GP2 и начинал гоняться в DTM, со мной занимался инструктор, но сейчас я сам определяю, какие нагрузки мне нужны.
Параллельно с выступлениями в DTM, Према участвовал в гонках на выносливость. В 2007 году француз дебютировал в марафоне «24 часа Ле-Мана», а уже на следующий сезон Audi разработала для пилота программу полноценного участия в Le-Mans Series. Према сходу выиграл первенство из пяти этапов, но в 2009 году команда сочла, что Александр будет более полезен Audi в DTM – и действующий чемпион LMS вновь ограничился единичным стартом в «24 часах». После разрыва с немецкой маркой в минувшее межсезонье Према сосредоточился на Интерконтинентальной серии Ле-Ман (ILMC), где француз выступает на автомобиле ORECA 03 с двигателем Nissan в зачете LMP2.
– Каковы твои дальнейшие карьерные планы?
– В этом году я продолжу выступать в серии «Ле-Ман», а на следующий сезон у меня есть несколько вариантов. Я могу остаться в гонках на выносливость, а возможно, вернусь в DTM.
– Слухи связывают тебя с BMW…
– На самом деле я веду переговоры со всеми командами DTM, независимо от марки. Но это не значит, что я обязательно туда перейду: в следующем году дебютирует очень интересный чемпионат спортпротипов, учрежденный FIA, и мне хотелось бы принять в нем участие.
– Это все варианты, которые ты рассматриваешь?
– Одно время я был увлечен американскими гонками, и в 2007 году был близок к переходу в серию ChampCar. Но теперь условия изменились – прежнего чемпионата больше нет, а для участия в INDYCAR гонщик должен принести солидный спонсорский пакет. Посмотрите на Дэна Уэлдона: даже чемпион INDYCAR и двукратный победитель «Инди-500» не может найти себе постоянное место без финансовой поддержки. В такой ситуации я предпочту остаться в Европе и сконцентрироваться на знакомых мне сериях.
– Кого из молодых французских пилотов «формульных» чемпионатов ты мог бы выделить как наиболее перспективного?
– Я думаю, что если взять нынешних фаворитов GP2 и Формулы-Renault 3.5, то все они будут схожи в плане скорости. И Гросжан, и Вернь, и Пик, и Бьянки очень быстрые пилоты, и я надеюсь в следующем году увидеть по крайней мере одного из них в Формуле-1.
– А у кого из них больше шансов для попадания в чемпионат мира?
– Я бы назвал Романа Гросжана, так как в этом сезоне он в очередной раз доказал свою скорость регулярными победами в GP2. Но в мире Формулы-1 ни в чем нельзя быть уверенным: может быть, следующим французом на высшем уровне автоспорта станет Жюль Бьянки – у его менеджера Николя Тодта хорошие связи в чемпионате.
– Как бы ты оценил работу Международной автомобильной федерации по поддержке молодых пилотов? Действительно ли Гоночная академия FIA приносит пользу юным спортсменам?
– Если честно, мне сложно сказать, в какой мере она помогает гонщикам. В любом случае здорово, что FIA начала эту кампанию и включила в нее француза Поля-Лупа Шатена. Надеюсь, для него это материализуется в нечто ощутимое.
– Существует ли возможность возвращения национального Гран-при Франции в календарь Формулы-1?
– Боюсь, у нас в стране сейчас не та ситуация. Автогонки не вписываются в «зеленую» концепцию политиков, озабоченных защитой окружающей среды – французские власти попросту не любят Формулу-1. В то же время, они поддерживают велогонку «Тур де Франс», хотя в ходе ее проведения машины сопровождения спортсменов вырабатывают намного больше выхлопных газов, чем это могут сделать 24 болида за полуторачасовую гонку Формулы-1.
