ВСЁ СНАЧАЛА

Первое интервью Виталия Петрова
в качестве пилота Caterham

В интервью «Мотору» – первом для российской прессы после подписания контракта с Caterham – Виталий Петров рассказал о том, насколько тяжелым выдалось расставание с бывшей командой, насколько долгой ему показалась уходящая зима, и насколько важно для него теперь... научиться играть в гольф.

Наш разговор состоялся на трассе близ Барселоны вечером 22 февраля – уже после того, как Петров впервые опробовал Caterham CT01, машину, на которой будет выступать в 2012 году. Это будет третий для него сезон в Формуле-1, и первый – в новой команде.

Он изменился. Я не могу сказать, насколько сильнее он стал как пилот, насколько лучше теперь работает с инженерами или насколько выносливее он стал физически. Но я видел, как менялся в течение последних двух лет Петров-собеседник.

Учиться общаться с прессой – одна из сложнейших задач для пилота Формулы-1. О том, что эта наука давалась Петрову нелегко, знают почти все. Но теперь всё иначе. Если в начале своей карьеры в Ф-1 Петров мог «расправиться» с любым интервью за пять минут, то теперь он научился отвечать так, как положено пилоту главного автогоночного первенства планеты: долго, уверенно и, по сути, не говоря ничего по-настоящему важного.

Перед тем, как мы остались за столиком в моторхоуме Caterham вдвоем, Виталий давал интервью группе иностранных журналистов. Нет смысла приводить эти вопросы и ответы здесь: цитаты с таких встреч моментально разлетаются по сети и их несложно найти. В английской части разговора с Петровым была затронута по сути всего одна интересная тема: Был этой зимой момент, когда ты думал, что можешь оказаться вне Формулы-1?. Да, конечно, – ответил Виталий британскому журналисту. – Я опасался этого. Я не хотел пропускать год. Вернуться после этого было бы очень сложно. Эти три месяца – очень тяжелое время. Потому что я не знал, чем буду заниматься: пилотировать или сидеть дома.

Первое интервью Петрова после перехода в Caterham
«Я не хотел пропускать год.
Вернуться после этого
было бы очень сложно».

После того как мы остались вдвоем, за первые восемь минут нашего разговора я задал всего два вопроса. Потому что последовавшие ответы Петрова можно назвать едва ли не самыми подробными в карьере Виталия. И, пожалуй, самыми откровенными.

Насколько неожиданным для тебя стало решение бывшей команды прекратить сотрудничество?

- Это очень сложный момент. У меня было какое-то ощущение, "задняя мысль", что команда начинает немного не так ко мне относиться. Не знаю каким словом это правильно назвать – может, «выдавливать». Конечно, это неприятно. Потому что, во-первых, это началось уже в самом конце чемпионата, когда нам с менеджером было тяжело подыскать другой вариант. Мы действительно связывали очень большие надежды с командой. И, я бы сказал, мы провели с ней неплохой 2011 год. Да, были проблемы. Да, на меня свалилась огромная ответственность (после травмы Роберта Кубицы, – примечание автора). Но я не жаловался. Я старался выполнять работу на сто процентов. И я считаю, что я выполнял ее достойно. Не скажу, что идеально, но максимально хорошо. Идеально можно выполнить работу только при стопроцентном совпадении всех факторов: и машина должна быть отличной, и пилот, и команда.

Можно ли было показать лучший результат? Из-за того, что у машины был слишком революционный передний выхлоп, который не оправдал себя, команда потеряла темп.

- Поначалу даже сами инженеры не могли понять, в чем именно проблема. Пытались найти какое-то объяснение тому, что машина не показывает той скорости, на которую они рассчитывали, в том числе и в действиях пилотов.

Первое интервью Петрова после перехода в Caterham. Фото 1

- Так что с одной стороны я был удивлен необходимостью покинуть команду. И в то же время – практически готов к такому шагу. Естественно, я расстроился. В первую очередь потому, что уже очень хорошо сработался с командой. Я знаю там очень многих людей. Там сильные инженеры, очень сильная моя личная команда – люди, с которыми мы работали в прошлом году. Это высочайшие профессионалы. У нас были суперские отношения с моей группой инженеров: Айо, Джулиан, Иньяки, мотористы... Я бы хотел чего-то добиться вместе с ними. Но жизнь повернулась иначе. Сначала я был очень сильно расстроен. Даже не хотел ничем заниматься. Но потом постепенно понял, что всё, что ни делается – к лучшему. После того, как пришлось резко изменить судьбу, ты анализируешь причины, собираешься с мыслями, силами... Я сейчас продолжаю карьеру. Сейчас мне важно самому себе доказать, на что я способен. Кроме того, я не забываю, что за мной стоят люди, которые вообще сделали возможным присутствие России в Формуле-1. Я многим им обязан.

Владелец команды Жерар Лопес в одном из интервью [сказал](http://motor.ru/news/2012/02/17/petrov/), что это расставание должно стать для тебя уроком.

- Понимаешь, его слова, можно воспринимать по-разному... Ко всему в Формуле-1 можно придраться. Я не спорю, у меня были ошибки. Я этого не отрицаю. Я не говорю, что я «золотой мальчик» или что «я провел выдающийся сезон». У нас всех были сложные моменты. Но я никогда не позволял себе скидывать всё на команду... Тем более, все понимали, что практически зашли в тупик с концепцией переднего выхлопа. Надо было что-то срочно менять. Скорость резко падала по ходу сезона и нам приходилось выжимать из машины буквально 120 процентов, чтобы пытаться попадать в третий сегмент квалификации, чтобы финишировать в десятке. Наверное, надо было многое переделывать в болиде в этот момент, но для полной перестройки автомобиля явно не хватало времени.

Первое интервью Петрова после перехода в Caterham. Фото 2

- Конечно, раньше, когда в первых Гран-при мы «одной левой» могли пройти в десятку, не было никакого давления со стороны боссов. Только положительные отзывы. После десяти гонок мы уже начали выжимать из машины 120 процентов, уже шли на грани – атаковали в поворотах чуть ли не до песка, чтобы использовать каждый миллиметр трассы и благодаря этому вырвать хотя бы нескольких лишних соток и попасть в третью часть квалификации... Конечно, в таких условиях возрастает риск совершить ошибку.

И после этого начались интервью Эрика в стиле «Пилот ошибся»... На мой взгляд, это однобокая оценка ситуации.

- Если вспомнить, то 2010 год был очень хорошим. Я бы поставил команде – всем парням – пятерку за тот год. Потому что они работали очень продуктивно. Роберт [Кубица] был очень хорош. Я то понятно: я допускал ошибки, я был новичком. Но команда в целом проделала очень большую работу. Они сделали по ходу чемпионата очень большой шаг вперед. Каждый уик-энд привозились обновления – устанавливались новые передние крылья, задние – все что угодно... И все эти новинки работали так, как были должны. Машина всегда реагировала правильно – скорость росла. В 2011-м году... Всем было видно – нам внутри коллектива, журналистам, даже болельщикам со стороны – команда начала сезон отлично, но пошла немного по наклонной. Мы начали падать. Наверное, в этот момент нам надо было сесть, все обсудить вместе с инженерами, с руководством, с владельцами. Но этого не произошло.

Первое интервью Петрова после перехода в Caterham. Фото 3

- Потом началось давление... И у меня лопнуло терпение. Я конечно себя не хвалю за то интервью, которое дал в Абу-Даби. Я понимаю, что недопустимо обрушиваться с критикой на команду. Но я действительно в тот момент был на нервах. Я очень хотел добиться прогресса, какого-то улучшения, выжимал из машины всё и очень ждал поддержки от команды. Я понимал, что мы могли переломить ситуацию, но добиваться этого нужно было всем вместе... Даже если что-то не получается, то не получается у всей команды. А не только у пилота. Я думаю, в конце сезона Жерару просто надоело искать объяснения всему происходящему и он решил, что надо поменять все в корне. Это его дело. Мы говорили после завершения сезона, я пытался объяснить, как вижу дальнейшее развитие команды и что могу для команды сделать. Но что-то не срослось.

Тони Фернандес, как и Жерар Лопес, тоже успешный бизнесмен. Насколько они похожи, и в чем между ними разница?

- Конечно, они разные люди. Но мне пока тяжело их сравнивать, потому что с Тони я общался всего один день. Всё было приятно, хорошо, но для серьёзных выводов надо подождать. Я понимаю его цели, мне нравится его упорство. В любом случае, будет интересно поработать в его команде.

Ты еще не просил себе Caterham Seven?

- Нет. Но я на ней ездил – у меня были тесты в Сильверстоуне. Когда я только начинал участвовать в европейских гонках, и еще не знал конфигурацию трассы, то учил её как раз на Caterham. Очень легкая машинка, отлично разгоняется. Интересная. Но как по Выборгу на ней ездить – не представляю.

Первое интервью Петрова после перехода в Caterham. Фото 4

Тони любит гольф – ты еще не купил клюшки?

- Когда я жил в Испании – у меня были тренировки, я ходил на пару занятий по гольфу. Но так и не увлекся. Сейчас, думаю, придется взяться за это дело ещё раз. Чтобы когда пойдем играть, не выглядеть грустно на его фоне...

Хейкки Ковалайнен, твой новый напарник, говорят, хорошо играет...

- Я знаю, что они играют вместе. Гольф – это на любителя. Пока я себя к таковым не отношу. Может быть, надо пару недель позаниматься – чтобы понять, нравится мне это или нет.

Но ты играешь в футбол, а у Фернандеса есть футбольная команда. Может напроситься на тренировку?

- Если будет время и он не будет против – почему нет? Причем, команда английская, далеко ездить никуда не надо. Если он договорится, я с удовольствием буду ходить на тренировки. Не играть, конечно... Потому что мне мой спорт важнее, чем переломанные ноги.

Как ты сработался с новым гоночным инженером, Джанлукой Пизанеллой?

- Я знал инженеров Caterham только по отзывам других людей. Джанлука очень опытен – здесь [в команде] вообще достаточно опытных специалистов. Несмотря на то, что команда молодая, многие из них уже очень давно работают в Формуле-1. Сейчас самое главное – понять, как мы с Джанлукой будем работать, чего мы друг от друга хотим. Позади только первый день, но вроде бы пока все идет неплохо. Никакого недопонимания, все по-рабочему.

Четыре тестовых дня перед началом сезона – это мало?

- Конечно, это мало. Особенно когда тебе за такое короткое время нужно изучить команду, поведение машины, успеть поработать с настройками. Конечно, будет тяжело. Хочется больше тестов. Но правила есть правила.

Первое интервью Петрова после перехода в Caterham. Фото 5

Насколько важно для тебя сейчас присутствие в команде спортивного директора Стива Нильсена? Ведь вы с ним отработали почти два полных года в Renault и, получается, практически одновременно пришли в Caterham.

- Он очень сильный специалист. Стив многое знает, в том числе весь регламент досконально, – а это огромный объем информации. Мне очень приятно, что человек, с которым я работал раньше, сейчас рядом. У нас правда отличные отношения, много общего.

Я говорил с ним... Он сказал, что вы «как старые добрые приятели».

- Конечно! Мы можем разговаривать с ним на любые темы. Открыто. У нас нет никаких секретов.

Стив сказал: не стоит ждать, что в первых гонках сезона Виталий будет так же конкурентоспособен, как Хейкки. Сказал, что ты сможешь поехать так же быстро только после четырех Гран-при. Ты согласен?

- Скорее, да. Потому что это действительно команда Хейкки. Он знает машину, знает её досконально: руль, тормоза, уровень прижимной силы – он следил за разработкой машины. Если мы сейчас оба сядем в новую машину моей бывшей команды, то я конечно поеду быстрее, чем он. Потому что я знаю, как всё там работает. Сейчас мне нужно немного времени, чтобы адаптировать – не только настройки машины, но и работу инженеров – под себя. Хейкки точно не даст мне спокойной жизни. Он очень умен, очень быстр – все это знают. Я рад, что мне выпал шанс с ним поработать. Мы уже неплохо поладили – я рад тому, как развивались отношения в первые два дня тестов. Надеюсь, продолжим в том же духе.

Насколько быстро удалось разобраться в прошлую пятницу с кнопками на новом для тебя руле?

- Руль фактически тот же, что был у команды в прошом году. На следующий сезон будут изменения – мы знаем, что хотим сделать, как поменять структуру, положение кнопок. Он только начинает проектироваться и появится в следующем году. Сейчас есть некоторые сложности, потому что в этом году на машине появилась KERS, и пока расположение кнопок не назовёшь оптимальным. Но я не думаю, что это вызовет какие-то серьезные проблемы. Все в порядке.

Первое интервью Петрова после перехода в Caterham. Фото 6

У меня последний вопрос. Прошло чуть больше двух лет с того момента, как ты впервые сел за руль автомобиля Формулы-1. Какие бы советы ты мог дать сейчас Виталию Петрову двухлетней давности?

- Я думаю, что первый совет – не нужно останавливаться на достигнутом. Надо всегда добиваться того, чего ты хочешь и что ты просишь. Когда я был в Renault, я должен был с первого же дня настаивать на своём, на том, что важно именно мне как пилоту. Открыто высказывать свое мнение. Я, может быть, иногда немного стеснялся чуть жестче говорить о том, что меня не устраивает в машине.

- Какие еще советы? Тяжело сказать. Я думаю, из всего, что случилось со мной за прошедшие два года, я могу что-то вынести для себя. Какие-то уроки. Но главный урок – не останавливаться на достигнутом. Никогда и ни в чем: будь то работа с машиной, с телеметрией, с инженерами. Хоть с журналистами – во всех областях. Надо всегда продолжать двигаться дальше. \m