26 апреля 2017, 9:25

Бывший автоспортивный редактор «Мотора» и один из самых талантливых российских автоспортивных журналистов Олег Карпов написал книгу. Книгу про Даниила Квята, самого успешного российского пилота в Формуле-1 наших дней. С разрешения автора мы публикуем отрывок из этой книги про сложный период в карьере Даниила, когда он как никогда близко оказался вылету из молодежной программы Red Bull.

Принцип работы Red Bull в автоспорте — получать лучших гонщиков путем жесткого отбора. Пилоты юниорской программы избавлены от необходимости искать бюджет для продолжения выступлений, принимать решения о выборе серии и подборе подходящей команды. Всё будет сделано за них. Для любого гоночного коллектива контракт с Red Bull — тоже великолепный шанс. Компания платит по счетам, не прося скидок и всегда вовремя, что случается в молодежных сериях далеко не всегда, а вместе с тем еще и приводит с собой первоклассных пилотов. Для любой команды это идеальное сочетание. Обычно, чтобы найти пилота, с которым можно выиграть чемпионат, надо предложить серьезную скидку, но с Red Bull в этом отношении не нужно никаких компромиссов. Единственное требование — как для тех, так и для других — результат. А потому и для команд критерии отбора со стороны Red Bull являются теми же: контракт с компанией достается лучшим.

Свой первый сезон в «формулах» новоиспеченные рекруты программы поддержки Red Bull Даниил Квят и Карлос Сайнс готовились провести в составе Eurointernational. Коллектив Антонио Феррари доминировал в 2009 году в чемпионате Европы Формулы BMW с Фелипе Насром и Даниэлем Хункадельей. Бразилец, одержав пять побед и еще девять раз поднявшись на подиум, завоевал титул, а испанец, пусть и выиграл всего однажды, стал в итоговом протоколе вторым. Но следующий чемпионат заведомо должен был получиться более сложным — ведь титул команде предстояло защищать с двумя пусть и талантливыми, но все же дебютантами.

По степени готовности к переходу в «формулы» Даниил несколько уступал Карлосу. На первых тестах в Варано летом 2009 года Квят проиграл Сайнсу полсекунды на лучшем круге, но в команде расценили этот результат как великолепный — Антонио Феррари не жалел в адрес Даниила комплиментов в разговорах с Хельмутом Марко, ведь для Сайнса тот тест был далеко не первым. Сын двукратного чемпиона мира по ралли готовился к этому шагу в карьере основательно и уже очень давно — начав периодически появляться на тестах Формулы BMW еще за год с лишним до дебюта в гонках. Квят же впервые сел за руль гоночной машины с Eurointernational, и весь его опыт перед началом дебютного сезона состоял исключительно из работы с командой Феррари.

«Первый предел, скажем так, я нашел почти сразу, — вспоминает Квят знакомство с новой для себя техникой. — Но вот последние полсекунды отыграть оказалось очень трудно. По сравнению с картом здесь всё было иначе: машина в пять раз тяжелее, подвеска, пружины — времени на то, чтобы понять, как всё это работает, ушло достаточно много. На зимних тестах мне постоянно не хватало нескольких десятых, но во время перерыва — когда появилось время подумать — многие вещи сами собой улеглись в голове. Мозг перестроился, и на тестах перед стартом сезона стало несколько проще».

Тем не менее привыкать пришлось не только к машине. Если мир картинга отец и сын Квяты изучили досконально, то теперь они столкнулись с совершенно иными реалиями. Как правильно выстраивать физическую подготовку и работу с инженерами, Даниил просто не знал. Сайнс и в этом отношении был на шаг впереди — радом с ним постоянно находился отец, пусть никогда и не выступавший в кольцевых гонках, но знавший про автомобильный спорт всё. Карлоса еще с картинга сопровождал на гонках бывший штурман отца Хуанхо Лакалье — своего рода опекун, готовый в любой момент отстоять интересы пилота. С Карлосом работали тренеры, как по физической подготовке, так и гоночные, но ключевой фигурой был, конечно, сам Сайнс-старший. Матадор, как называли дона Карлоса в ралли, выполнял функции наставника, менеджера и покровителя. «Я помню, как в одной из гонок между Сайнсом и Квятом произошел инцидент, — рассказывает Алессандро Феррари, наблюдавший за сражениями обоих в картинге из судейской комнаты. — Квят жестко захлопнул „калитку“, и Сайнс вылетел. Мне сразу же позвонил его отец, чтобы сказать: „Даниил выбил его, посмотрите повтор“. Я ответил, что после финиша смогу показать ему видео. „Нет, я уверен“, — настаивал он, но я сказал, что ему необходимо подождать. В итоге мы просмотрели повтор вместе, после финиша — там было отчетливо видно, что Карлос вылетел сам. Его отец извинился, у нас не было с ним никаких проблем, но сложно представить, чтобы любой другой отец прямо по ходу гонки стал бы связываться с судьями».

С тремя пилотами Eurointernational (вместе с Карлосом и Даниилом в команде в 2010 году выступал американец Майкл Льюис) работал один гоночный инженер, итальянец Никола Сготто. Он был одной из главных движущих сил, позволивших команде одержать убедительную победу в предыдущем сезоне, но теперь ему предстояло работать с двумя вчерашними картингистами, и он с самого начала понимал, что повторить тот же успех Eurointernational будет сложно.


Никола Сготто

«Без опыта выиграть чемпионат невозможно. Но проблема в том, что опыт нельзя купить в супермаркете. Они оба были очень быстры, мы постарались предоставить им как можно больше времени на тестах, но им предстояло гоняться против людей, которые провели в Формуле BMW по два сезона, тогда как у них самих за плечами не было ни единого старта. Фелипе Наср, перед тем как начать выступать за нас, получил неплохой опыт в Бразилии, а Даниэль Хункаделья действительно хороший результат показал только во втором сезоне. Карлос и Даниил пришли к нам из картинга. Да, они были очень быстры на тестах, показывали отличные времена, но быть быстрым на одном круге зимой — это одно дело, а правильно выстроить гоночный уик-энд со всей его сложной логистикой — это совсем другое.

Им нужно было адаптироваться к пространству вокруг себя, к стенкам кокпита, рычагу переключения коробки передач, весу машины, максимальной скорости и совершенной иной тактике обгонов. После картинга очень важно научиться соблюдать дистанцию. Если там почти любой обгон происходит с контактом, то в „формулах“ первое же касание скорее всего закончится погнутыми рычагами подвески и сходом.

Показать хорошее время на одном круге для талантливого пилота — это, обычно, самая простая задача.

Даниил был готов хуже Карлоса. Ему стоило бы уделять больше времени, например, физической подготовке. Он занимался, но делал это неправильно — просто потому, что не знал как. За спиной же у Карлоса всегда был отец, который понимал, насколько важны такие нюансы. У него были опыт, знания, и он всегда мог дать исчерпывающий ответ на любой вопрос. Даниилу помочь было некому. Его отец ничего не понимал в автоспорте. Да, он пытался делать всё от него зависевшее, но он был человеком из совершенно иного мира.

Когда мы первый раз тестировали Даниила в Варано, он даже не знал, как обращаться с рычагом переключения передач, тогда как Карлос, попав к нам, уже имел за плечами несколько десятков тестовых дней. Совершенно нормально, что в начале у него было небольшое преимущество».

***

Понимая, что ему предстоит начать сезон с двумя абсолютными дебютантами, Феррари организовал два весенних выезда Eurointernational в Малайзию — на этапы азиатского первенства Формулы BMW, чтобы Сайнс и Квят могли получить гоночный опыт. Уровень участников первенства позволил и тому, и другому одержать по паре побед — первых для них в «формулах», — но в плане получения опыта конкурентной борьбы выезд оказался не самым полезным. Даже допуская ошибки, Карлос и Даниил были на голову выше своих соперников.

Кроме того, видя, что Квят не имеет представления даже о некоторых базовых вещах, Антонио посоветовал ему нанять профессионального тренера, предложив кандидатуру Энрико Токкачело — итальянского гонщика с уникальной карьерой, в которой были и выступления в российской Формуле 3, и вице-чемпионский титул в международной Формуле 3000, и даже участие в трех тренировочных сессиях Гран-при Формулы-1 в составе Minardi в 2005 году.

«Мы встретились с Даниилом и Славой зимой в центре Рима, в отеле Ambassador, — рассказывает Энрико, — и я сразу остался под впечатлением. Со мной говорил только сын — и за себя, и за своего отца. Ему еще не было даже шестнадцати, но он обсуждал всё вплоть до деталей — деньги, условия. Мы очень быстро обо всем договорились и ударили по рукам. Конечно, он многого не знал. Он не умел правильно готовиться физически и порой не мог совладать с эмоциями. Когда он был спокоен, он был очень быстр, но когда начинал нервничать, всё ломалось.

Мы пытались с этим бороться. В Малайзии мы играли в настольный теннис. Он куда лучший игрок, чем я, но я заставлял его нервничать, выводил его из себя, раз за разом повторяя, что у него всё получается дерьмово — и это работало, он начинал проигрывать. Я говорил ему: „Смотри, как глупо ты себя ведешь. Я выигрываю у тебя даже несмотря на то, что ты намного сильнее — только потому, что ты не умеешь себя контролировать“. Но в плане пилотирования всё было отлично. Он был очень быстр и постоянно прибавлял. Я помню, как стоял на обочине рядом с одним из поворотов на „Сепанге“, наблюдал за ним, а потом давал советы — и его время улучшалось на следующем же круге. Я останавливал секундомер, смотрел на цифры и улыбался. Когда я говорил ему, как он может отыграть три десятых, он отыгрывал их сразу же».

Идея про тренера для Квята, впрочем, не сильно понравилась доктору Марко. Едва Даниил сообщил боссу Red Bull Junior о начале работы с Токкачело, как от того последовал незамедлительный приказ эту работу прекратить. «У нас состоялся разговор, суть которого сводилась к тому, что учиться я должен сам, — рассказывает Даниил. — Я тогда не понимал, думал: „Ну почему? Почему мне нельзя, а кому-то еще можно?“ Ведь у Карлоса на тот момент был тренер, и вроде бы даже не один, ему помогали, о многом предупреждали заранее.

Спустя несколько лет уже можно сказать, что это был важный шаг, потому что до многого в итоге я дошел сам. Но Энрико действительно очень сильно помог в самом начале. Когда не хватало нескольких десятых, он подсказывал, где их можно отыскать. Он первым объяснил мне, насколько на самом деле важна физическая подготовка, рассказал, почему так важно всегда быть на шаг впереди, следить за собой. Объяснил, для чего нужна дисциплина. „Я наделал за свою карьеру очень много ошибок, — говорил он. — Я бы не хотел, чтобы ты их повторял“. Он хоть и итальянец, но человек очень спокойный и уравновешенный, что особенно нетипично для римлянина. Именно это мне в нем нравилось больше всего. Он излучал спокойствие, и спустя годы я понял, насколько эта способность — никогда не терять над собой контроль — важна при работе с командой, инженерами. Особенно в Формуле-1».

Работу с Токкачело пришлось прервать, но Феррари нашел способ, как оставить его неподалеку от Даниила, предложив услуги Энрико третьему пилоту команды Майклу Льюису. Токкачело таким образом мог продолжать присматривать и за Квятом, но по ходу первой половины чемпионата приехал лишь на один этап — самый первый, который состоялся в Барселоне в рамках Гран-при Испании Формулы-1.

***

Помимо отсутствия опыта у пилотов, была и еще одна причина, почему Eurointernational растеряла часть преимущества. Michelin в межсезонье представила новые шины для Формулы BMW, и команда не сразу смогла найти верные настройки. «Нам и без того необходимо было многое изучить, — вспоминает Карлос Сайнс-младший. — Вдруг из 15-летних парней, которые увлечены картингом, мы должны были стать профессионалами. Мы были самыми молодыми пилотами в категории, но при этом на нас свалилась задача по поиску настроек. У команды была отличная база с прошлого сезона, но я помню, что после того, как в Michelin изменили шины, мы долгое время не могли найти верный баланс на тестах.

Так или иначе, у нас изначально было не слишком много шансов в борьбе за титулы, потому что мы боролись против таких парней, как Джек Харви и Робин Фрейнс. Мало того, что они сами по себе очень сильные гонщики, они к тому же были старше и проводили в Формуле BMW второй сезон».

Сайнс прогрессировал быстрее. По итогам первой же гонки в Барселоне он поднялся на третью ступень подиума — Квят финишировал девятым. Во втором заезде Карлос стал шестым — Даниил десятым.

Сложнее всего Квяту оказалось найти квалификационный темп. В Испании он оба раза стартовал из-за пределов первой десятки.


Никола Сготто

«Даниил всегда чуть больше полагается на инстинкты, тогда как Карлос предпочитает расчет. Конечно, Сайнс был лучше подготовлен с технической точки зрения, а у Даниила не было того же фундамента. Но с точки зрения чистой скорости они с самого начала были равны. Я бы даже сказал больше: когда условия менялись, Даниил сразу вырывался вперед — благодаря тому, что действовал инстинктивно.

У них были совершенно разные стили.

Квалификация — как раз один из таких моментов, где нужен опыт. Его ничем не заменить. Гоночный темп может быть сколь угодно хорош, но в квалификации необходимо просто знать, как максимально эффективно использовать новые шины. Инстинкты тут ни при чем. Карлос не был быстрее, но он знал, как работать со свежими комплектами, чтобы выжать из них максимум на первом же круге.

Даниилу, чтобы найти предел с новыми шинами, требовалось проехать два-три круга. Тогда он подбирался к максимуму, но было уже поздно — к тому моменту шины уже изнашивались, и с теми Michelin, которые тогда были в Формуле BMW, ты терял на этом полсекунды. Для этого нужен опыт. Вам просто необходимо сменить несколько свежих комплектов резины, чтобы понять, как же они все-таки работают».

Даниил вспоминает: «Скорость на самом деле была, но вот тому, чтобы показывать ее в нужный момент в квалификации, пришлось учиться. Я часто допускал ошибки, не понимал, как работать под прессингом. Я начинал испытывать новые для себя ощущения — когда ты уже не просто пилот, который гоняется, по большому счету, в свое удовольствие, а член профессиональной команды. С тебя требуют, ты обязан считаться с мнением других. Это тоже был интересный процесс, но для столь юного человека, каким я тогда был, весьма непростой».

***

Все проблемы разом проявились в Зандфорте — на единственном этапе в том сезоне, который проходил отдельно от Формулы-1. В тренировках Квят удивил команду просьбой отойти в туалет. Сессия была прервана красными флагами, но их быстро убрали — и Даниил из-за «отлучки» потерял несколько минут, а вместе с ними и кругов. Наверстать уже не получилось — в квалификации Даниил не дотянулся даже до результатов, показанных в Барселоне. В первой гонке он финишировал одиннадцатым, а во второй был дисквалифицирован.

Перед началом второго заезда прошел дождь, но на машине Даниила сломался красный фонарь, который обязательно должен гореть, если гонка объявлена дождевой. «Мы пытались зазвать его в боксы на прогревочном круге, чтобы исправить проблему, — вспоминает Сготто, — но он то ли не разобрал, о чем мы его просили, то ли не захотел прислушиваться, потому что тогда ему бы пришлось стартовать с пит-лейна. Даниил понимал, что под дождем он очень силен. Так и было в действительности. Даже при старте с пит-лейна он быстро бы вернулся на ту позицию, с которой стартовал. Но он не поехал в боксы. Условия для него были оптимальными, и, честно говоря, я думаю, он мог даже выиграть гонку. Я понимаю, почему он не хотел на пит-лейн. Но это один из тех моментов, когда нужно просто принять ситуацию такой, какая она есть. Его вины в том, что этот фонарь не работал, не было, но смысла продолжать ехать не было тоже. И конечно, ему в итоге показали черный флаг».

Феррари был в ярости. Сайнс финишировал в той гонке вторым, но результаты Eurointernational не шли ни в какое сравнение с прошлогодними. После гонки Антонио получил звонок от Хельмута Марко, который наблюдал за происходящим по телевизору. «Я до сих пор помню этот разговор, как вчера, — рассказывает Феррари. — Он спросил: „Да что у вас там вообще происходит?“ Я ответил: „Хельмут, я действительно не понимаю, как это могло случиться. Но Даниил не смог справиться с раздражением. Он знает, что может быть быстр, но он нервничает“.

После гонки у нас состоялся серьезный разговор с Даниилом. Он был очень хорош под дождем. Из всех, с кем мне доводилось работать, в таких условиях он самый лучший. У него невероятное чувство машины. Да, фонарь не работал, но надо было просто заехать на пит-лейн. Я сказал ему тогда: „Даниил, у тебя нереальный потенциал, но почему ты не слушаешь, что тебе говорят? Надо просто заехать, когда просят…“ Честно говоря, в тот момент я думал, что наши пути разойдутся».

«На самом деле, конфликт возник ни на чем, — рассказывает сам Квят. — У меня в тот день просто не работало радио, и я ничего не слышал о том, что у меня не горит фонарь. В команде пытались сигнализировать мне, но из-за тучи брызг я даже не видел, что они что-то показывают. Первые два-три круга всегда очень напряженные, и на стартовой прямой было невероятно много брызг. Только потом я сместился с траектории правее и увидел пит-борд. Я заехал на пит-лейн, и у нас сразу случилась перепалка с Антонио. Я пытался сказать, что радио не работало, но мне никто просто не верил».

Чтобы уладить конфликт, Квяты и Феррари встретились в Риме, а в роли «миротворца» выступил Токкачело. Энрико не смог приехать в Зандфорт, но на встрече помог гонщику и его отцу с одной стороны и боссу Eurointernational с другой договориться. Антонио написал Марко, что конфликт исчерпан, но положение Даниила в команде оставалось шатким. Оба подиума в Еврокубке были на счету Сайнса, с ним было проще работать, поскольку он был в состоянии быстрее обеспечить результат, который можно было затем продемонстрировать Red Bull, а дополнительный перевес обеспечивал его отец. «Мне всегда нравился Сайнс-старший, — говорит Токкачело. — Он очень приятный человек, но каждый раз, когда у сына начинались проблемы, он немного менялся. Он мог сидеть с инженерами хоть до 11 вечера, изучать телеметрию. Со Славой такого никогда не могло бы случиться».

Отношение к Квяту в команде было несколько иным. На очередной этап в Испанию Квяты не смогли вылететь вовремя из-за недоразумения в римском аэропорту и добирались до трассы на машине — само собой, сильно опоздав. «Возникло какое-то недоразумение, и нас из-за пустяковой формальности — не хватало какой-то распечатки — не пустили на рейс, — вспоминает Даниил. — В итоге мы в восемь вечера в среду выехали в Валенсию на машине. Нужно было успеть к пяти часам вечера четверга на брифинг. Отец ехал всю ночь. Это был один из тех эпизодов, за которые я ему очень благодарен. Мы через многое вдвоем прошли, и он всегда меня поддерживал, был рядом, никогда не отворачивался.

Мы ехали всю ночь, остановились только раз минут на тридцать поспать и приехали как раз где-то к пяти. После полутора тысяч километров, конечно, уставшие. На брифинг я попал, но прогулка по трассе у команды состоялась раньше, еще в обед, и вечером со мной гулять никто уже не пошел. Конечно, было не очень приятно, но уик-энд потом в целом получился не таким и плохим».

В квалификации Квят показал результаты, позволившие ему затем стартовать девятым в обеих гонках. В первой из них он сошел в результате столкновения с одним из соперников в глубине пелотона, а во второй добрался до финиша восьмым — даже выше Сайнса. Но в Сильверстоуне последовал уже самый настоящий провал.

***

«На нашей трассе в Варано Даниил был быстрее всех, — вспоминает Сготто. — И это очень легко объяснимо. Она похожа на картинговую. Маленькая, с медленными поворотами. Хорошо выступать на таких трассах тоже очень важно, но в Сильверстоуне всё наоборот. Там много скоростных и высокоскоростных поворотов — таких, каких в картинге просто нет. При этом уровень сцепления машины с трассой тот же самый, а скорость — намного выше. В медленных поворотах, которые проходятся на 100 км/ч и ниже, вчерашним картингистам проще. Совсем другое дело, когда всё то же самое нужно делать на 180 км/ч».

В Сильверстоуне отставание Квята от Сайнса достигло критической отметки. Карлос впервые в сезоне заработал поул, причем сразу два, проехав в квалификации пару очень хороших кругов, а Даниил остался на 13-м и 14-м местах в протоколах, уступив напарнику на лучшем круге две секунды. Даже третий пилот Eurointernational Льюис был на несколько десятых быстрее.

Токкачело пропускал третий уик-энд подряд, поскольку сам продолжал гоняться в GT, и помочь Даниилу оказалось некому. Ему не удалось завершить в десятке ни одну из гонок, тогда как Карлос не просто дважды поднялся на подиум, но и одержал первую в чемпионате победу, во втором заезде удержав позади и Харви, и Фрейнса, которые выиграли все до единой гонки сезона до этого.

Над Квятом нависла реальная угроза исключения из программы. «После гонок в Зандфорте, Валенсии и Сильверстоуне терпение доктора Марко было уже на исходе, — вспоминает Даниил. — У нас состоялась пара серьезных разговоров, и, конечно, в такие моменты ты начинаешь паниковать. В конце концов, после того уик-энда в Англии мне просто сказали: „Всё, давай уже показывать результат. Надо начинать — либо сейчас, либо уже никогда“».

Презентация книги Олега Карпова «Квят» пройдет 26 апреля в Сочи в 18:00. Продажи книги стартуют 27 апреля.