30 мая, 11:55

Российский дизайнер итальянских мотоциклов

Создавать спортбайки MV Agusta — мечта, ставшая работой Максима Пономарева
Дизайнер мотоциклов — профессия настолько редкая, что кажется, во всем мире едва ли наберется несколько сотен человек, профессионально занятых этим ремеслом. Максим Пономарев работает в штате итальянской компании MV Agusta. Каково это — быть дизайнером мотоциклов? И как из России, страны, где почти не разрабатывают собственной мототехники, попасть в одну из самых знаменитых компаний мира и там получить право на реализацию своих идей в новых сериных спортбайках?

Дизайнеры MV Agusta: Анжело ди Микеле, Стефан Заш, Джорджио Маззотти, Максим Пономарёв

Максим, каким образом тебе пришла в голову мысль выбрать дизайн мотоциклов своей профессией?

Я учился в Московской государственной художественно-промышленной академии имени С. Г. Строганова на кафедре «Дизайн средств транспорта». В один прекрасный день дядя подарил мне мопед. Подарил в разобранном виде, так что мне пришлось собирать его все лето. В итоге, когда я сел на него и поехал, у меня началось что-то вроде эйфории… эйфории от самого ощущения езды. Тогда я понял, что машины — это полная шляпа (смеется). Очень скоро я принял решение рисовать только мотоциклы.

Осенью того же года я приехал на самую известную ежегодную выставку в Милане, EICMA, прихватив свое портфолио. Там я познакомился с Эдрианом Мортоном, бывшим шеф-дизайнером MV Agusta, пообщался с Андреа Феррарези, дизайн-директором Ducati, и познакомился с некоторыми ребятами из Harley-Davidson.

Темой моего диплома в «Строгановке» стал электрический мотоцикл Indian, работал в Санкт-Петербурге в команде BOX39 (это кастом-ателье наиболее известно своим футуристическим проектом Guido — прим. ред.), а затем был принят в Центр Стиля НАМИ, где мне поручили разработку эскортного электромотоцикла и бокового прицепа к нему. Сейчас уже изготовлен его прототип.

1 / 3

В 2019 году на очередной миланской выставке я познакомился с известным дизайнером Пьером Тербланшем. Одно время я анализировал его работы и вдохновлялся ими. У меня с собой были три шоколадки «Аленка», а Тербланш, как оказалось, коллекционирует советские упаковки. Вот я и подарил ему одну из шоколадок, чему он искренне обрадовался.

Мы долго разговаривали тогда — настолько, что я потерял ход времени. Пьер похвалил некоторые работы из моего портфолио, и счастью моему не было предела. Позже я продолжил пополнять свое портфолио разными концептами и выкладывал их в инстаграм. Каково было мое удивление, когда спустя три месяца после поездки в Милан мне на почту пришло письмо от MV Agusta с предложением о сотрудничестве.

Как ты думаешь, почему именно тебя выбрал такой известный итальянский производитель?

Как ни странно, были замечены те мои работы, которые не связаны со спортивными мотоциклами. Есть куча людей, которые рисуют спортивные мотоциклы намного лучше, чем я. Может быть причина в том, что их последние модели Superveloce — явная отсылка к ретро, а у меня достаточно много всяких ретро-штук. Я вообще люблю ретро, особенно стиль Америки 1920-х годов, когда все было не настолько заумно, как сейчас.

1 / 3

MV Agusta Superveloce 800

Фото: Алексей Сулима

Стиль неоретро последние несколько лет на пике своей популярности, и это не может не радовать. Я считаю, всем уже приелась выхолощенность, агрессивность, а иногда и гиперболизированность современных моделей некоторых производителей.

Мотоцикл в стиле Bugatti, концепт

С чем связана любовь к ретро?

Работа дизайнера — это зачастую не про красоту. «Форма следует за функцией» — так говорили у нас в «Строгановке». А ретро — возвращение к истокам. В те времена, когда все было максимально к месту. Функциональность и ничего лишнего.

Насколько тебе близко то, что делает MV Agusta?

Супер близко! Я хотел попасть в «Агусту» еще на четвертом курсе. Это те мотоциклы, которые вызывают во мне какое-то особенное ощущение. У меня вообще есть разделение на два типа мотоциклов: первый — к которым подходишь и улетаешь, которые источают особую мощь и красоту, а второй — все остальные. MV Agusta как раз относится к первому типу. Один из моих любимых мотоциклов в линейке MV Agusta — это, конечно же, Superveloce. Он небольшой сам по себе, подходит для моей комплекции (Максим небольшого роста — прим. авт.), и он один из самых приятных по ощущениям.

1 / 3

MV Agusta Superveloce 800

Фото: Алексей Сулима

У тебя есть идеи для новых проектов MV Agusta?

Да, конечно. Но я не могу говорить об этом.

Насколько надо быть подкованным технически, чтобы успешно заниматься дизайном мотоциклов?

Подкованность приходит в процессе. Ты визуально считываешь очевидную разницу между, например, Ducati и Harley-Davidson, в том числе, в компоновке силовых агрегатов и, в конце концов, понимаешь какие-то нюансы. Некоторые вещи до сих пор далеки от меня, потому что есть отдельные специалисты, технические конструкторы, которые этим занимаются.

Расскажи о людях, с которыми ты работаешь, о команде дизайнеров MV Agusta.

Наш идейный вдохновитель и шеф по разработке — Брайан Гиллен, директор конструкторского бюро MV Agusta и фирменного дизайн-центра CRC. Так как разработка включает в себя и дизайн, и конструкторское проектирование, мы очень часто взаимодействуем с ним всей командой. Брайан задает, так сказать, базовый тон для всех наших действий. Он мастер замечать нюансы, которые должны быть учтены в разработке.

Брайан Гиллен, директор конструкторского бюро и дизайн-центра MV Agusta

Джорджио Маззотти — дизайн-директор CRC. Также очень важная фигура. Работал во многих крутых брендах (чего стоит только Ferrari). Имеет очень богатый опыт. Общительный приятный человек.

Джорджио Маззотти — дизайн-директор CRC, собственного дизайн-центра MV Agusta

Стефан Заш — наш шеф-дизайнер. Он задает настроение всем проектам. В плане дизайнерского мышления, понимания дизайна — абсолютный мастер.

Анджело Ди Микеле — глава отдела цветов и материалов, занимается разработкой ливрей и аксессуаров. Он уже 17 лет работает в MV Agusta и принимал участие в разработке всего модельного ряда. Лично я считаю, что то, как выглядят мотоциклы сейчас, — это его огромная заслуга.

1 / 2

Слева направо: Алессандро Волпини, Тимур Сардаров, Брайан Гиллен и Джорджио Маззотти

Также есть в команде молодые дизайнеры, как и я: Андреа Галимберти и Грета Биа Петрилли. У ребят просто прекрасный опыт. Мы все как одна большая семья.

Как происходит взаимодействие дизайнера с инженерами?

Техническое задание дизайнеру содержит набор точек. Это точки крепления и соединения, они четко зафиксированы в пространстве и в математической модели. Например, надо придумать подрамник. Есть точки, заданы нагрузки, необходимо уместить там еще пенку для двух сёдел. У второго седла по омологации обязательно должны быть ручки либо кожаная перемычка. В этих границах и начинаешь работать.

Изначально делается эскиз сбоку, потом эскиз в три четверти, потом создается 3D-модель. Затем производится несколько мастер-моделей — макетов, на которых можно сидеть. Они выглядят почти как настоящие мотоциклы, только изготовлены они из фрезерованного пластика. На модель садятся в аэротрубе, продувают всё, смотрят, что не так, показывают дизайнеру — и тот исправляет всё, что необходимо переделать. Затем всё заново моделируется, опять фрезеруется, опять продувается — и так до идеала или пока маркетологи не скажут, что им продавать давно пора (смеется).

Расскажи, пожалуйста, о специфике дизайна мотоциклов.

В основе своей дизайн мотоцикла может отталкиваться от двух принципов. Первый — построение от готовой математической модели, как это делают кастомайзеры. Они разбирают готовый мотоцикл и его переделывают. Дизайнер, работающий в студии производителя мотоциклов, делает примерно то же самое, но только не на основе готового мотоцикла. Он получает матмодель от конструкторов, которые уже скомпоновали технические решения. Второй принцип дизайна — генерирование идей. Это когда ты стартуешь от какого-то образа, развиваешь его, создаешь новые идеи.

Понятно, что изначально у дизайнера должны быть исходные данные: колёсная база, посадочный треугольник, наклон вилки... На это можно «накинуть» какой-то условный образ, придумывая для себя, каким ты хочешь видеть мотоцикл; какие ощущения должен испытывать владелец, подходя к нему.

Одни мотоциклы нам кажутся сексуальными, а другие — спокойными или агрессивными. Есть определенные эпитеты, которые, скажем так, формируют мотоциклы. Агрессия, например, проявляется в засечках, фасках, каких-то заломах, очень агрессивных углах, маленьких радиусах — и всё это составляет некий эмоциональный фон. Если отталкиваться от него, можно попытаться адаптировать это в эскизе, который затем переложить на готовую конструкцию.

1 / 4

MV Agusta Superveloce 800

Фото: Алексей Сулима

Это большой творческий процесс. Не бывает так, что ты сделал рисунок, и у тебя есть уже какой-то готовый абрис. Сначала ты просто работаешь с формой, но, когда накладываешь на форму цвет, уже форма работает с цветом, и ты в каждой этой операции можешь понемногу что-то менять. Есть, например, какие-то неудобные вещи, которые можно скрыть правильной цветовой гаммой. Поэтому многие двигатели черные, ведь это набор силовых конструктивных элементов, некоторые из которых нужны не ради эстетики. Их либо закрывают кожухами, красят в черный цвет — он съедает форму. Цветовая гамма — это тоже дизайн. Поэтому разработка мотоцикла занимает не меньше времени, чем потребует легковой автомобиль или любой другой транспорт.

Насколько сильно влияет дизайн будущего мотоцикла на его конечную стоимость?

Достаточно сильно. Иногда работа дизайнера заключается не в рисовании, а в придумывании новых решений. Есть примеры, когда дизайнеры могли ассоциативным дизайнерским мышлением конструктивную деталь переиначить так, что она, допустим, становилась намного дешевле в производстве. Ты можешь придумать какую-то деталь, которая отвечает и твоим эстетическим требованиям, и недорога в массовом выпуске. Это идеально, но не всегда так бывает.

Работа российского кастом-ателье BOX39

У тебя есть желание когда-нибудь стать шеф-дизайнером производителя мотоциклов?

Честно говоря, не особо думал об этом. Зачастую у шеф-дизайнеров не остается времени на сам дизайн. Даже когда люди приходят на должность не шеф-дизайнера, а, допустим, руководителя подразделения, они уже почти не рисуют. Это не то, чему я учился. Хотя, может быть, лет через пять мне надоест рисовать и захочется руководить. Пока такого нет, меня абсолютно устраивает возможность генерировать идеи, которые могут воплотиться в конкретном мотоцикле. Некоторые из них сильно преображаются в командной работе, и это очень прикольно.

Работа российского кастом-ателье BOX39

Твой пример вдохновил кого-нибудь заняться дизайном мотоциклов?

В «Строгановке» мои однокурсники зачастую занимались дизайном автомобилей и яхт, но после того, как у меня начались определенные успехи в мотодизайне, стали потихоньку пробовать рисовать что-то двухколесное. Это началось уже во время моей работы в BOX39 в Питере, когда какие-то мотоциклы уже начали выезжать — пусть с минимальными изменениями, но моей разработки. Я периодически сотрудничаю с кафедрой «Дизайн средств транспорта».

Например, для своего бывшего преподавателя я скомпоновал мотоцикл на основе известной модели, и он дал студентам задание, чтобы они придумали какую-то свою раму под данный двигатель. Получились классные проекты. Сейчас все больше людей хотят как минимум попробовать порисовать мотоциклы или скутеры.