28 июня 2017, 9:20
© Вячеслав Крылов

«Так называемая вялотекущая шизофрения. Диагноз изобретен отечественным уважаемым психиатром Снежневским. Идея состоит в том, что шизофрения может развиваться так незаметно и так долго, что только он, Снежневский, может это заметить. Мне он поставил диагноз «вялотекущая шизофрения» в 1962 году. Я счастлив сообщить, что она до сих пор течет. Вяло», – Владимир Буковский.

К счастью, на календаре не 1962-й, мы не диссиденты, но даже если бы были ими, то Андрей Владимирович Снежневский добрался бы до нас лишь косвенно – светило советской психиатрии почил 30 лет назад. Но иначе как обострениями вялотекущей шизофрении маниакальное влечение поехать по раскисшим весенним дорогам к чему-нибудь большому, круглому и немного загадочному объяснить трудно.

Апрель 2016-го ознаменовался нашей с Subaru Outback и Jeep Cherokee Trailhawk попыткой прорваться к заброшенному куполу командно-измерительной системы «Куб-У» под Дубной. Попытка оказалась неудачной: сначала Outback укатился в кювет, потом посреди «дороги» обнаружился ручей, а прямо перед шаром – кочка, которую ни Subaru, ни Jeep форсировать бы не смогли. Потому что засели еще раньше.

>
Reload
1 / 6

В этот раз объектом экспедиции мы выбрали озеро с дурно пахнущим названием Смердячье, расположенное в Шатурском районе Подмосковья. И, как вы уже, вероятно, догадались, форма его – практически идеальный круг.

Но даже не это делает его уникальным объектом. В 2008 году сотрудник всероссийского научно-исследовательского геологического института имени Карпинского (ВСЕГЕИ, бывший ЦНИГРИ) Святослав Енгалычев доказал импактное происхождение Смердячьего. Проще говоря, десять тысяч лет назад на место, где сейчас находится озеро, что-то упало. Скорее всего, метеорит массой примерно десять тысяч тонн. И получилось вот это.

А еще Смердячье – ближайший к Москве метеоритный кратер! Поэтому мы расчехлили резиновые сапоги, нашли в недрах гардеробов одежду, которую не жалко, и приступили к предстартовой рутине.

Прошлогоднюю поездку мы планировали по-серьезному. Я купил лопату, а Миша Конончук – рывковый трос. Мы съездили на разведку и прошли все ногами, прежде чем ехать к шару в боевом режиме. Но во время рекогносцировки было довольно холодно и грязь подмерзла, а через несколько дней в европейскую часть нашей необъятной родины пришла теплая погода и устроила разморозку, превратив потраченный на разведку день в банальный прогул работы.

Поэтому в этот раз на разведку мы не ездили. Вместо этого мы просто взяли тачки посерьезнее. Ответственным за крутость стал Volkswagen Amarok последнего поколения со 180-сильным двухлитровым турбодизелем и восьмидиапазонным «автоматом». Крут он не только из-за того, что почти по-легковому едет по обычным дорогам и балует отличнейшей для пикапа динамикой, но и потому, что это единственная машина нашей колонны с постоянным полным приводом, поэтому врасплох его застать не получится.

Самый утилитарный наш герой – УАЗ Пикап. Привод – подключаемый полный, понижайка, коробка – пятиступенчатая механическая, мотор – 2,7-литровый бензиновый ЗМЗ мощностью 134,6 лошадиных силы. Максимальная глубина преодолеваемого пикапом брода такая же, как у «Амарока» – 500 миллиметров, но клиренс больше: 210 миллиметров против 192 у VW.

Золотая середина – Fiat Fullback. У перелицованного Mitsubishi L200 205-миллиметровый клиренс и самая хитрая система полного привода в тесте. Он может быть заднеприводным, полноприводным, полноприводным с заблокированным центром и полноприводным, с заблокированным центром и на понижающей передаче. Для полного счастья можно заблокировать еще и задний дифференциал. Мотор – 180 сильный турбодизель 2.4, сочетающийся с шестиступенчатой механикой.

>
Reload
1 / 3

На отечественный пикап ставится бензиновый, безнаддувный двигатель «Заволжского моторного завода». Агрегаты этой серии начали собирать в 1996 году. Отдача «четверки» составляет 134,6 лошадиные силы и 217 Нм крутящего момента. Сочетается мотор только с пятиступенчатой механической коробкой передач.

Длительный тест Mitsubishi L200: первая и вторая части.

От Москвы до Смердячьего – чуть больше 170 километров по обычным дорогам и еще километров 12 по бездорожью, ради которого мы туда и едем. В L200, то есть, в Fiat Fullback, для меня нет никаких секретов – на этой машине год назад я проездил почти три месяца, съездил на ней в Сочи и благополучно вернулся обратно, узнав, что эта тачка неплохо рулится, балует запасом места на втором ряду, но без груза слишком нервно реагирует на ямы и кочки. С Amarok мои отношения тоже были довольно-таки протяженными, но об этом расскажу попозже. В общем, из Москвы я решил ехать на «УАЗе».

И это тот самый случай, когда ты ждешь чего-то, потом все именно так и происходит, а ты такой: «ну я же говори-и-ил»! На дорогах, где всего-то нужно ехать прямо и иногда поворачивать, UAZ всячески хандрит. Курсовая устойчивость ухудшается пропорционально росту скорости, включение пятой передачи неизбежно заставляет тянуться куда-то промеж ног пассажира, а указатель уровня топлива меняет положение в зависимости от того, в какой позиции в конкретный момент времени находится рычаг КП. Звучит как бред, но это правда.

>
Reload
1 / 6

Интерьер UAZ Pickup выглядит очень неплохо. Да и с эргономикой тут полный порядок. Непорядок только с материалами отделки: все жетское и не очень приятное на ощупь.

Короче говоря, за рулем отечественного пикапа постоянно находишься в легком напряжении, тогда как парням в «Амароке» и «Фуллбэке» явно лучше. На это непрозрачно намекает забитый их разговорами радиоэфир. Причем Илью, который пилотирует VW, слышно чаще. Потому что кудесники штангенциркуля и рашпиля из Вольфсбурга научили рамный грузовик ехать почти так же хорошо, как обычный кроссовер. Мишу слышно не так часто, потому его правая рука регулярно занята: ведь единственный двухпедальный автомобиль в нашей колонне – это Amarok.

Геометрия пикапов
>
Reload
1 / 3

Не могу сказать, что 170 километров до Смердячьего вымотали меня до предела, но и простым этот отрезок я тоже не назову. Во-первых, каждый обгон очередного тихохода на «УАЗе» прямо указывает на то, что по своей сути «УАЗ» тоже тихоход. После 90-100 километров в час тяги едва хватает для того, чтобы успеть вернуться в свою полосу перед только что униженным тихоходом, активно работая малоинформативным рулем. Amarok и Fullback на фоне отечественного пикапа справляются с обгонами через встречку так легко, будто они хот-хэтчи в колоне с седельным тягачом: запаса их дизельной тяги хватает даже на шоссейных скоростях, несмотря на то, что и немец, и итальянец весят без малого две тонны.

Во-вторых, когда дороги становятся хуже, очень хочется оказаться в «Амароке». Потому что на некоторых ямках Fullback нет-нет, а напомнит гулким ударом о том, что он грузовик, на лобовом которого должна красоваться бумажка с надписью «пустой». Но отечественный пикап делает так еще чаще. Зато VW пускает в жизнь своих пассажиров намеки на дискомфорт только тогда, когда ямы становятся размером с Новопеределкино. Даже несмотря на то, что в колесных арках у него огромные 20-е колесах. А ведь все трое — рамные и с рессорами сзади.

В-третьих, подключенный к USB-порту «УАЗа» телефон с навигатором вдруг выключился, разрядившись в ноль. Надеюсь, заряд из батарейки моего телефона перекочевал в аккумулятор пикапа и поэтому у нас с ним не было проблем. Потому что если это не так, то зарядка для телефона, которая не умеет заряжать, – провал похлеще платных парковок в спальных районах.

Размеры грузовой платформы
>
Reload
1 / 3

Визуально, грузовая платформа «УАЗа» кажется самой компактной. И у нее самая маленькая длина — 1375 миллиметров. Зато она шире, чем у Fullback: между стенками тут 1500 миллиметров, а между арками — 1265 миллиметров!

Спустя два часа асфальт закончился и у нас возник небольшой спор о том, пора ли уже переобуваться в сапоги или стоит задуматься об этом уже тогда, когда под колесами окажется нечто среднее между манной кашей и гончарной глиной. Решили переобуться заблаговременно.

Заблаговременно мы решили перевести внедорожные возможности наших машин с режим боевой готовности. На «УАЗе» через раздаточную коробку Dymos (такая же стояла на старом, еще рамном Kia Sorento), управляемую шайбой, подключилась «морда» и включилась понижайка, а в хитрой японской трансмиссии Super Select на Fiat Fullback заблокировался центральный дифференциал и тоже включилась понижающая передача. Кстати, тоже при помощи вращаяющегося джойстика — у любителей мощно поворачивать кочергу остается все меньше вариантов.

И только на «Амароке» ничего крутить или нажимать не пришлось: полный привод с дифференциалом Torsen (как у «крузака») у него работает по умолчанию. Нажать пришлось лишь на клавишу блокировки заднего диффа. Впрочем, была бы у нас версия попроще, то привод у немца был бы не постоянный, а жестко подключаемый полный. Тоже, в общем-то, неплохо.

Есть две теории происхождения названия озера. Согласно одной, Смердячьим водоем прозвали из-за запаха сероводорода, который стоял здесь когда-то. Вторая версия указывает на то, что в этом месте погиб дьяк.

Мимо нашей небольшой колонны – как раз оттуда, куда собирались устремиться мы – проехала «Нива». В «Ниве» сидел человек с таким лицом, будто бы его бросила девушка и выгнали с работы одновременно. Через пять минут мы поняли, почему.

Высокий, нетронутый девелоперами лес одновременно казался нездешне красивым и абсолютно неприветливым. Будто на ближайшей опушке оккультисты вот прямо сейчас вычерчивают пентаграмму, готовясь к жертвоприношению, а текущая рядом река Воймега своими непроницаемо черными водами вот-вот вынесет к нашим ногам пару-тройку покойников. Но созерцать холодную красоту пришлось недолго: ехать дальше мешало упавшее дерево, которое перекрыло все возможные пути объезда. Вот почем тот парень на «Ниве» был такой грустный...

Попытки отыскать альтернативный путь успехом не увенчались, поэтому мы расчехлили трос, а «УАЗ» вдруг скинул с себя бушлат, обнажив костюм супергероя. Ведь спереди у него обнаружилось две буксировочные проушины! И еще две сзади. То есть, у одного отечественного пикапа буксировочных проушин оказалось вдвое больше, чем у Amarok и Fullback вместе взятых! Казавшаяся нерушимой прежде крутость «Амарока» изрядно пошатнулась.

На самом деле, будь мы чуть мнительнее, то давно бы развернулись и дали деру в сторону дома. Потому что про места, куда мы приехали, в Сети постоянно нагоняют всякий мрак. Говорят, например, что здесь можно ездить по кругу и не замечать этого. Особо зрячие даже умудрились заявить о нахождении в районе Смердячьего берез с квадратными стволами! Не природа, а готовая съемочная студия для каналов, кормящихся мистикой. С другой стороны – а вдруг это бревно рухнуло неспроста? И кто его знает, что там дальше? Инопланетный инкубатор, ферма плоских арбузов или церковь сайентологов?

Скоро проверим.

Трос перекинут через ствол упавшего дерева, двумя шаклами прикручен к каждой из петель на морде «УАЗа» – начинаем двигать природный шлагбаум. Первый импульс и сразу удача: гигантская заготовка для матрешек и зубочисток сдвинулась с места, но еще не настолько, чтобы мы смогли проехать. Вторая попытка... и начались проблемы.

По традиции, мы поехали на шинах, которые стояли на автомобилях на момент выдачи. На Amarok был зимний Dunlop, на Fullback – летний Dunlop, а на «УАЗе» – Amtel Rapid River.

Нет-нет, пикап не порвался пополам, и на его приборке не загорелась страшнейшая из сигнальных ламп. Напротив, когда надо двигаться медленно и осторожно, управлять «УАЗом» даже приятно: все такое акцентировано длинноходное, размазанное и неторопливое, а одного взгляда на гигантскую кочергу коробки достаточно, чтобы понять, какая выбрана передача.

Предприняв попытку сдвинуть будущее полено тросом, мы не учли одну немаловажную деталь: деревья не растут поодиночке. Поэтому, как только мы начали тянуть упавшее полено сильнее, тот его конец, что лежал не на дороге, начал упираться в другие, еще стоящие деревья, которые, в свою очередь, изо всех сил начали сопротивляться тому, что их тоже вот-вот завалят.

Зато, сдвинув дерево на пару метров, мы осовободили альтернативный путь, который проходил по обочине – небольшой карман, вполне пригодный для машин вроде наших. Пикапы один за другим начали взбираться на 30-сантиметровый холм, чтобы объехать полено. «УАЗ» выскочил из объезда, как огромная коричневая пробка, потому что он самый короткий. Fullback тоже прошел без особых проблем из-за рекордно малой для этого теста габаритной ширины. И только Amarok, самый длинный и самый широкий автомобиль этого трио, пробирался медленно и аккуратно между кустами и деревьями, чтобы не поцарапать краску. Кстати, самую красивую в этом тесте.

Этот кусок трассы мы прошли без потерь, но осадочек остался. Ведь если едва съехав с асфальта мы уперлись в суицидальное дерево, то что будет дальше? Путь к шару тоже начинался за здравие, а потом измордовал нас почти до потери пульса.

Через двести метров и пару поворотов мы вновь остановились: путь нам преградил брод. Теоретически, на этом месте должен быть неглубокий и неширокий ручеек, но местные бобры решили иначе, соорудив плотину.

Усугублялась ситуация еще и тем, что вода в броде была такого же черного цвета, как в речушке Воймеге. Эдакая метафора отечественной действительности последних лет: смотришь, вглядываешься, а дна не видно. И высоты наших сапог не хватало даже для того, чтобы дойти до середины этого водоема. Поэтому единогласно «УАЗ» стал автомобилем-разведчиком. Не из-за того, что его не жалко (но это не точно), а потому что его единственного можно тащить назад: туда, где ждут Amarok и Fullback.

Въезжаю в «озеро», а в голове пытаюсь прикинуть, где на кузове пикапа отметка в полметра, чтобы, если она вдруг будет достигнута, я мог бодренько рвануть в обратную сторону без гидроудара.

10 секунд, полет нормальный. Машина уже погрузилась по пороги в воду, но уплотнители держат. Дно запруды оказалось чем-то вроде смеси песка и ила, поэтому колеса немного вязнут, а аккурат посередине брода нашлась еще и неглубокая, но весьма неприятная ямка. Тем не менее, «УАЗ» благополучно справился и под шум стекающей изо всех щелей воды выехал на берег.

Вторым поехал «Амарок». И вот за него было немного боязно. Нет-нет, я был на 100 процентов уверен, что при прочих равных пикап Volkswagen справился бы с этим бродом, даже если бы мы заклеили его лобовое стекло непрозрачной пленкой, а за рулем был не Илья, а самка коалы. Просто он весь такой красивый...

Но никаких проблем не возникло, и «Амарок» благополучно оказался на другом берегу. Следом поехал быстрейший из нас. И это я не про машину, а про Мишу Конончука, которому в эту поездку достался Fullback. Видимо, заметив, как безболезненно все прошло у нас с Фроловым, он въехал чуть быстрее, толкнул волну, она отразилась от берега и ударилась о «Фиат», накрыв его с капотом. Я нервно сглотнул.

Но L200, то есть Fullback... справился с ударом стихии так же безэмоционально, как с мойкой и заправкой – заявленная глубина брода для итальянца с японскими корнями составляет внушительные 700 миллиметров!

Еще через пару сотен метров наша колонна проехала заброшенную узкоколейку, а спустя еще несколько луж в машинах потихоньку начали отключаться включенные заранее блокировки и понижайки. Потому что смысла в них просто не было.

Навигатор, несмотря на страшилки в интернете о том, что в этих местах работают только топографические карты, да и то, если их вместе с вами не сожрали вурдалаки, продолжал определять наше местоположение и вести к намеченной цели. В интернетах, получается, врут?!

Да и лес начал становиться красивее и разноцветнее, словно приветствуя тех, кто сумел продраться через бревно-шлагбаум и ловушку от местных бобров. Для проформы, мы останавливались перед некоторыми лужами, но пеший осмотр показывал их полную безопасность.

Ближе к озеру начался сосновый бор, земля в котором устлана ковром из мха всех оттенков зеленого. Будто за одним из деревьев незаметно порвалось пространство и мы, вместо дальнего Подмосковья, перенеслись в Карелию, заметив это лишь по косвенным признакам. Красота неимоверная! Будто бы и нет в близлежащем Рошале заброшенного химкомбината, изрядно подгадившего природе. Хотя, может быть именно из-за него тут такое буйство красок?

А потом мы повернули налево... и просто выехали к озеру. Огромная воронка диаметром 200 метров и правда имеет идеально круглую форму. Вода в Смердячьем, по местным традицями, была предельно черной из-за окружающих эту местность торфяников.

Странное чувство: вот вроде ты осознаешь, что выполнил миссию, доехал до этого круглого объекта и поправил статистику обремененных целью внедорожных вылазок, вот только на пути не нашлось ничего такого, от чего кровь бы стыла в жилах, а мозг настаивал на развороте восвояси. Не было на нашем пути ям, из-за падения в которые на машинах отлетали бы бамперы, не было перевалов, на которых автомобили болтались бы на двух колесах, не было ничего особенного, после чего бы мы, опустошенные, смотрели друг на друга и безмолвно гордились своим подвигом, который сами и придумали.

И пока мы с Конончуком сетовали на нехватку настоящего сурового бездорожья с вывешиваниями, пропоротыми шинами и бесконечной беготней с тросами и лопатами, Илья просто восхищался Смердячьим. А ведь и правда. Мы стоим на краю ближайшего к Москве метеоритного кратера, а не на пороге очередной кофейни или бургерной! Тишина пронзает пространство, и нарушает ее изредка лишь скрип деревьев, гнущихся где-то там, наверху, под напорами ветра и чуть-чуть мешающих человеку наслаждаться своим глупым и легким триумфом над природой.

Но давайте начистоту: триумф наш едва ли слаще леденца, отобранного у младенца – наши машины оказались слишком крутыми для этой местности. Возможности каждой из них превосходили предложенные испытания с таким запасом, что все наши предосторожности оказались лишними. Как и купленная по пути взамен забытой дома лопата.

Отечественный «УАЗ» – не асфальтовый воин. Ему тесно между осевой и сплошной, отделяющей асфальт от обочины. Его тянет в поля и проселки. Ведь именно там никто не заметит, что пятая передача включается почти на улице, тормозов хватает едва-едва (на 2,1-тонный автомобиль почему-то решили поставить задние барабанные тормоза), а водитель сидит так близко к двери, что кресло невозможно отрегулировать по высоте – рука не помещается между дверной отделкой и рычагом регулировки.

Там, где надо ехать так же, как и подходить к покупке «УАЗа» – медленно, вдумчиво и осторожно, – ему хорошо. Поэтому меня сверлит только одна мысль – какими должны быть условия, чтобы этому пикапу стало по-настоящему плохо? Лужи, бугры, бревна и озерца, встречавшиеся на нашем пути к Смердячьему – легкий разогрев для этого парня. Поэтому когда-нибудь я найду место, где даже он взмолится о пощаде. И страшно представить, как плохо будет там мне самому.

Маскирующийся под «Фиат» Mitsubishi L200 идеологически очень похож на «УАЗ», только он намного более user-friendly, особенно на асфальте. Чтобы ворочать селектор его коробки, не надо быть орангутаном, а обгон через встречную полосу не заставляет взмолиться о дополнительной тяге. Да и на бездорожье «Фуллбэк» вряд ли в одни ворота сольет «УАЗу» – по геометрии и клиренсу у отечественной модели совсем небольшое преимущество.

Зато большой проигрыш по цене. За тот самый user-friendly придется прилично переплатить – от шестисот тысяч до миллиона рублей (по сравнению с UAZ) в зависимости от комплектации. Но если уж вы решились на покупку грузовика, и не готовы идти на связанные с ним компромиссы, то добро пожаловать в новый Amarok.

Да, он тесноват сзади. Да, крупноват, поэтому ему трудно там, где узкие дороги. Зато тут отличный интерьер с человеческой мультимедийкой, почти легковые ощущения за рулем, несмотря на то, что в основе «Амарока» бесхитростная лонжеронная рама, быстрый и плавный восьмидиапазонный «автомат» и постоянный полный привод. Есть только один нюанс – самый дешевый пикап Volkswagen стоит дороже, чем самый дорогой «Фуллбэк». И это ставит сразу несколько вопросов.

Давайте по-честному: покупка «УАЗа» для городской эксплуатации – затея бессмысленная и беспощадная. Ну не умеет эта машина ездить по асфальту и не хочет этому учиться. «Амарок» уверенно чувствует себя везде, но и стоит он, как жилье в ближайшем Подмосковье. Получается, что оптимальный вариант из этой троицы – Fullback? Похоже, что так.

Но ведь всегда надо стремиться к самому лучше, верно? Поэтому самый крутой тут все-таки Volkswagen, и именно он еще месяц пробудет в нашем гараже.

Да, запланированное нами бездорожье не позволило довести эти машины до пика их формы. А значит, что в момент следующего сезонного обострения вялотекущей шизофрении мы отыщем место, где страшно будет даже бронетранспортеру. В конце пути там опять будет что-то большое, круглое и немного загадочное. И это что-то, надеюсь, увидим и мы, и наши машины.